?

Log in

А · вы · хотите, · чтобы · я · воткнула · в · жопу · куст · сирени · и · делала · перед · вами · стриптиз.


Понятна мысль моя неглубокая?

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
что ты будешь делать,
когда я стану такой, как ты?
когда смогу смотреть на тебя спокойно,
когда меня станут смешить твои мечты?
когда ты перестанешь быть для меня
красивым, сильным,
станешь невидимым и простым,
как продавец или посыльный?
что
ты
станешь
делать,
когда я стану такой, как ты?
весёлой и равнодушной,
на ходу целовать тебя в ушко,
совершенно не подразумевая
того запретного жаркого рая,
который когда-то плавил кожу.
что ты будешь делать,
когда мы станем, наконец, похожи?
что ты станешь делать?
сравнивать значения величин,
задашь миллион вопросов,
когда важен только один?
умрешь от обиды, побежишь
жаловаться богам?
повернешься ко мне спиной?
упадешь на колени к моим ногам?
непредсказуемо и неважно.
знаю лишь одно точно, до тошноты -
ты искренне не поймёшь,
почему я стала такой, как ты.
* * *
крыса. крыса и таракан бегут за мной по коридору,
чужой ребенок в коляске рядом надсадно рвёт горло,
срезаю через площадь, всё заросло травой, трава пачкает белые туфли.
верёвка под нервной рукой, скорее на абордаж, пока корабли не потухли.

иди в каюту, моя светлая боль, тебе пора отдыхать.
я приду ровно тогда, когда ты перестанешь ждать.
засыпай под пение волн спокойно, не бойся, больно не будет,
я, если закрыть глаза и не дышать, точно такой, как все остальные люди.

ну и что с того, что от меня иногда пахнет серой?
зато я у тебя такой наверняка буду первый.
главное - не просыпайся, это всё сон, подсознание и абсурд.
а царапины на спине предъявишь, когда получишь повестку на страшный суд.

в ресторане напротив внезапно - семейный ужин.
окно - телевизор. сидят, ножами звенят, вон тот, в красной майке, необъяснимо зачем-то нужен.
смотри, мы купили магнитики, теперь они будут хранить нашу память.
цветные глубоководные рыбы с глазами детей и в почках подводные камни.

- стоять! в чем смысл жизни?
- в вишнёвом варенье.
- ответ неверный. зачем кому-то варенье, если оно длится всего мгновенье?
- затем, чтоб косточки, чтоб облизывать сладкие пальцы.
- в этом нет смысла. ваш пароль отклоняется.

крыса. крыса и таракан бегут за мной по коридору.
я сыта вашими снами, сыта по самое горло.
пора открывать глаза, я уже на краю неуютного.
но не могу заставить себя проснуться.
и кто-то заходит в мою каюту.
* * *
помолись за меня. это всё, что ты можешь - слова.
тёплые, как подушка к щеке, мягкие, без надежды на сон.
помолись за меня, пока я ещё верю и туманна моя голова,
пока капает кровь из надрезанной вены в железный поддон.

помолись за меня. на священных камнях принеси меня в жертву себе.
я прощу тебя, если сумеешь смотреть мне прямо в глаза.
помолись за меня. сплети для меня из слов колыбель.
чтобы я, наконец, сумела заснуть. и не нуждалась ни в молитвах, ни в образах.

* * *
сама виновата - ходила без шапки, целовалась с кем попало, теперь вот болей.
чай с лимоном и мятой, кокаин, имбирь, горячее пиво, водка с перцем для забытья.
и нечего жаловаться, хлюпать носом, жалеть о прошлом, кашлять и ненавидеть людей.
может, это просто я ненавижу себя. а может быть, и не я.

сама виновата - пила без меры, мешала напитки, мешала взрослым, мешала и запустила.
теперь вот рассол, головная боль, непонятно, кто лежит рядом. и даже какого пола.
сейчас бы осторожно скользнуть из кровати, одеться, бежать. но это моя квартира.
по крайней мере, моя комната. то есть, моя кровать. ну хотя бы окна осколок.

сама виновата - родилась, росла, взрослела, сказала "да" сто пятьдесят тысяч ненужных раз.
отдавала честь незнакомцам, приносила жертвы червям, тонула в море, прыгала из окна, не удержать.
кажется, в тот вечер только я знала о том, что это был первый этаж.
и кажется, это всё, что вам нужно обо мне знать.
* * *
...или вот когда пять утра, и в глазах стоит размытый предрассвет,
я собираюсь написать слова про то, что не люблю.
И объяснить.
Чтобы достучаться до небес, чтобы стало понятно, и наверняка у нас с вами одно и то же.
Потому что мы, конечно, все невероятно разные, и индивидуальность хлещет через край, но.
Конечно же, но.
Конечно же, мы все под копирку, иногда кривовато, но сколько их, тех копирок?
Я собираюсь рассказать про то,
что не люблю сюрпризы и не люблю фотографироваться,
и в пять утра это кажется, конечно, невероятно важным.
Потому что нельзя любить то, чего у тебя нет.
Потому что любить то, чего у тебя нет, - это ежедневная боль и тоска,
а ежедневная боль и тоска мешают готовить обед и стирать.
Но сейчас уже полдень.
Поэтому я не буду писать о том, почему не люблю сюрпризы.
И фотографироваться.
И вообще.
Tags: ,
* * *
* * *
господи, если я посмотрю тебе прямо в глаза,
вся планета взорвётся к чертовой матери.
поэтому ты постоянно прячешься за образа.
а на моём столе нет субботней скатерти.
господи, если я рискну прикоснуться к тебе,
все вулканы мира поперхнутся собственной лавой.
поэтому я улыбаюсь, вытирая кровь на разбитой губе.
а ты снова и снова отправляешь меня в нокаут.
господи. когда ты захочешь меня спасти и сохранить,
захвати с собой немного виски в удобной фляге.
будем молиться друг на друга, любить, смеяться и пить.
и нечаянно сотворим новый мир с помощью старой магии.
* * *
уже давно задаюсь этим вопросом, ответа нет.

почему на русском и на английском эти поговорки имеют диаметрально противоположный смысл?
в то время, как у англоязычного народа great minds think alike, у русских мысли сходятся у дураков.

Tags:

* * *
запрещено целоваться при скоплении птиц и народа,
запрещено заплывать за буйки, попадать в объективы камер,
запрещено путать времена и склонения года,
особенно строго караются взгляды и касанья руками.
запрещено проводить языком там, где нежно,
категорически запрещается трогать легонько колени.
ни в коем случае ни одного поцелуя между,
иначе - арест, заключение, казнь и забвенье.
запрещено опускаться ниже уровня моря,
воровать салат из тарелки, раздвигать горизонты и ноги.
запрещено включать свет ночью в чужом коридоре.
разрешается только одно.
просто быть богом.
* * *
выворачиваться наизнанку недолеченным сифилисом,
вот оно, откровение - плохая мина при хорошей игре.
прыгаю с разбега в воду, притворяясь черным дефисом,
хотя по городу давно ходят слухи, что я - тире.
открываю рот парировать, но слова рассыпаются,
эта пыль носится в воздухе, забивается в глотку и мешает писать.
упрямо склоняю всё то, что не должно склоняться,
это мой скромный подарок вам, умникам, вашу мать.
все ваши цветы, все ваши грёбаные подарки - в мусорку,
всё равно после завтрашней ночи ничего не останется.
продолжайте сидеть с тем же топором на том же суку,
блаженно веря в то, что никто из вас не поранится.
* * *
иногда так невероятно страшно лететь на полной скорости.
приходится аккуратно, пешочком, пережёвывая страх травмироваться,
но если смотреть вверх, а не под ноги, то ощущение пропасти -
вовсе не главное, на чём действительно стоит концентрироваться.
иногда так невероятно страшно утопить педаль газа -
вдруг камеры, полицейские, пытки, тюрьма или даже штраф?
иди знай, что может случиться, если начать забывать приказы.
но иногда просто физически невозможно не нарушить устав.
и послушай - черт с ней, с пропастью, лети, пока ещё есть куда.
и не бойся упасть - шрамы делают нас человечней.
жми на газ на повороте, свобода важнее суда.
даже страшного. мироздание любит беспечных.
* * *
* * *
- скажи мне, кто ты? и почему всё, что ты делаешь, так притягательно и странно?
почему ты танцуешь, гипнотизируя, поёшь прямо под кожу и смотришь, обещая нирвану?
откуда ты знаешь, как слушать внимательно, не отвлекаясь, почти не моргая?
и почему я хочу быть с тобой так остро?
- эй, дыши, парень. дыши глубже. тебя ждёт дома другая.

- откуда ты знаешь? откуда ты всё это знаешь, ведь я тебя вижу впервые?
а впрочем, неважно. только слушай меня, танцуй и пой для меня, не хочу делиться с другими.
почему то, как ты дышишь, отравлено сладкой истомой?
ты нужна мне.
- эй, парень, спокойно. помнишь? она ждёт тебя дома.

...да. всё, что она делает, взрывает и сжимает галактику в точку.
она суть колдовство, хотя, в принципе, это не совсем точно.
так что иди домой, парень, под тёплый знакомый бок, от греха подальше.
таким, как ты, нельзя с ней рядом. она работает дегустатором фальши.
* * *
все это было невероятно давно, и совершенно точно не с нами -
как высохший чай оставляет пятно в немытом стеклянном стакане.
как марево после остывших углей всё ещё колышет воздух.
когда веки ещё пару минут трепещут после фатального передоза.
в доме, заросшем диким шиповником, в окнах, увитых плющом, в моей голове
все сплелось и смешалось, вчера и сегодня, запах, звук, человек и зверь,
стой, кто такой, я буду стрелять, беги, я свой защищаю тыл.
...кажется, я когда-то знала тебя. кажется, ты когда-то меня любил.
все это было невероятно давно. так давно, что не остыли ещё следы.
не успели пролиться капли в дождь, не успел развеяться после пожара дым.
не успело остыть на коже дыхание, не успел восстановиться в ровное пульс.
всего этого ещё не случилось. спи. я тебе приснюсь.
* * *
господи. ну конечно же, я пошутила.
то есть, не совсем пошутила, просто минутная слабость.
это как если бы я схватила два килограмма тротила
и делала вид, что два кило в данном контексте - вовсе не тяжесть.
господи, ну конечно же, всё это правда.
но это не значит, что необходимо срочно отдавать руки в наручники и сдаваться.
да, если звезды зажигаются, это, безусловно, кому-то надо.
но и два килограмма тротила могут зажечь так, что мало не покажется.
господи. мы же оба всё понимаем о невозможности бунта на корабле.
но так хочется смелости, господи, только где её взять?
когда ты в открытом море, хочется оказаться на твёрдой земле.
и только потом, на суше, понимаешь, что упустил свой единственный шанс летать.
* * *
откуда ты знаешь столько умных слов, тайных снов, сколько срубила голов, разбила оков?
не страшно ль тебе улыбаться, кружиться в танце, смеяться, когда вокруг все боятся?
ты взорвана хиросимой, ты была когда-то красивой, а стала сильной, храню твой снимок
под веками, под сердцем ношу навечно татуировку, запиваю перцовкой, плевать на тусовки.
иди ко мне. возвращайся туда, где нежность, нервные губы между, где на полу одежда.
лети ко мне. сюда, где за облаками цунами играет нами, как котенок клубками целыми днями.
люби меня, ведь я когда-то тебя любила, пока ты ко мне не остыла, но ты моя. я тебя простила.
закрой глаза. отдайся ветрам и свету, в кулаке - обрывки билета, отменяй конец света, объявляй вечное лето.
* * *
ничего не хранит - ни бумаг, ни вещей, ни эмоций,
никого не боится - ни бога, ни черта, ни женщин.
ни о чем не жалеет - ну, кроме отсутствия солнца.
но и солнце появится, если зажмуриться крепче.
в старом доме, на самом краю запредельного края
стул, кровать и комод - ничего ему больше не надо.
он играет с бессмертием в кости за кружкою чая,
курит, спит беспокойно и молится, чтоб была рядом.
* * *
* * *
понимаешь, милая, холода - это еще не конец, Света.
если ты хорошо одета, то ты, дорогая, согрета.
дальше все просто - не снимай пальто ни на кухне, ни в ванной.
выглядит глупо, конечно. зато тепло, без обмана.
понимаешь, милая, если достать с антресолей гамаши,
то не страшны ни метель, ни буран, моя Маша.
да, он может подумать, что это неэротично.
его проблемы. зато тепло и практично.
понимаешь, милая, если поддеть под платье жилетку на вате,
то будет уютно, комфортно и главное - мягко, Катя.
если вдруг кто толкнет - падать совсем не больно.
побольше ваты, Катя, обещаю, будешь довольна.
...или вот. накати-ка ты, милая, водки - пока не станешь тёплой и пьяной.
и тогда не заметишь ни ветра, ни холода, ни снегопада, милая Ана.
главное - не заснуть в сугробе и стараться помнить дорогу домой.

...мы передавали для вас основы выживания этой зимой.
* * *
...
или, например, если есть цельная мука, зачит, есть и бесцельная?

...
и ещ` - "чудо" и "волшебство" практически синонимы, в то время, как "волшебно" и "чудовищно" подразумевают немного разные вещи. как так?

Tags:

* * *
Или вот ты просто идёшь себе по улице, не очень счастливый, не в дупель несчастный, такой, как обычно, завидуешь, немного злясь, всем этим успешным и счастливым, идущим навстречу, и вдруг как будто кто-то подбегает сзади, толкает в спину, и пока ты пытаешься опомниться, напяливает на тебя странные очки. Ты оглядываешься - нет никого уже сзади, сбежал. Остаёшься один на один с этим новым зрением, и вдруг видишь всё настоящее. И оно болит.

Им всем больно.

...Вот она идет навстречу - видимо, адвокат. Юбка-карандаш, высокий каблук, волосы в хвост, сумка небрежно, подбородок высоко, и всё хорошо у неё, смотрите. Смотришь.

И видишь, что на каблуках уже больно, потому что с утра, и да, адвокат, адвокат, ну и что? Что делать с этой степенью, с этой профессией в руках, с этой, может быть, даже хорошей потом карьерой, если каждое утро немного плешивый, но все ещё импозантный босс, дружески обнимая, соскальзывает ладонью на задницу? Да какое к чёртовой матери, сексуальное домогательство? Во-первых, взрослая самостоятельная женщина, подумаешь, по заднице; во-вторых, одна из лучших адвокатских контор в стране, просто красная дорожка; в третьих - и оно самое главное, это "в-третьих"! - а может быть, просто кажется? Больше ведь ничего никогда, только это утреннее, отравляющее весь день и все следующие дни, но может быть, просто выдумала себе все? Не станет же такой большой человек связываться с потенциальным скандалом, может, просто кажется? Наверное, просто кажется. И завтра покажется тоже. И послезавтра. И господи, ну ничего же страшного. А иногда просто жить не хочется, и необходимо всё сломать, и бросить всё, и... и... Вон такси стоит, дожидаясь зелёного, да хотя бы в таксисты - вот же тупо. Сиди, рули, слушай музыку, развози людей, считай деньги. Даже дороги уже знать не надо, спасибо технологиям. Вот оно, счастье.

...Зелёный, зелёный, когда же, чёрт возьми его маму, уже поменяется светофор?! Надо закинуть пассажира на Буграшов, 23, и после этого лететь в садик, забирать младшего. На всё вместе 24 минуты. Если учесть, что до Буграшов, 23 ещё 12 минут, а оттуда до садика еще минимум двадцать, понятно, что сегодня снова пиздец. Ровно в половине пятого позвонит воспитательница с уже готовой речью про то, что Таль в который уже раз остается последним ребенком в пустом садике, а это чрезвычайно травматично для детской психики, и сквозь эту лекцию начнут пробиваться гудки входящего от Орны, которая, конечно, не удивлена ни капли, что он снова опоздал в садик. Ведь опоздал же, опоздал? Да, дорогая, я опаздываю, я с воспитательницей на линии, да, знаю, что не впервые, но пос.. нет, не могу говорить, нет, я не всегда могу рассчитывать своё время, пот... нет, это не тебе, это жене, хотя, нет, это тебе тоже... да, я слушаю, нет, не могу, потому что я не перекладываю бумажки, как некоторые, с девяти до пяти в офисе с кондиционером, дорогая!! Алло? Алло? Да пошла ты!!! Это уже потом, не в трубку, это уже когда отключился, потому что в трубку такое не говорят, по крайней мере, до определенного этапа. Господи, как же устал. Четверо детей - это слишком много, аборт - это слишком не принято, милый, у тебя же свободный график, справимся и с четырьмя. Не справимся, Орна, мы ни с чем уже не справимся, у меня больше нет сил справляться - ни с детьми, ни с долгами, ни с чертовыми воспитательницами, ни с тобой. Может, просто сбить вот этого, всё равно он уткнулся в телефон, прёт на красный, и сесть немного в тюрьму, отдохнуть? А вот правда. Не, пусть живет, как-то он так улыбается в этот свой телефон, кажется, у него всё хорошо, везёт ему.

...Да-да, любимая, вот, видишь, включил видео - видишь, я по дороге с обеда обратно в офис, на Ротшильде, видишь? Ох, смотри, я из-за тебя и из-за твоей ревности на красный пошёл, ты себе не представляешь, как на меня таксист сейчас посмотрел, у него такой взгляд был, клянусь тебе - он серьёзно взвешивал, не сбить ли меня. Нет, я не пытаюсь сменить тему, я просто шучу. Ну потому что это смешно, честное слово. 13 лет мы вместе и 13 лет ты меня ревнуешь к каждому столбу, хотя ревновать меня ты можешь только к себе, глупенькая. Я люблю тебя так, как будто только вчера встретил, честное слово! Да, с первого взгляда. Да не знаю я, откуда на рубашке помада была тогда, но любовь моя, вы же все ходите с раскрашенными лицами постоянно, достаточно в щёку чмокнуть, чтобы вся рубашка была в помаде. Девочка моя, солнце моё, счастье моё, послушай. Я никого не люблю, кроме тебя. Я никого не хочу, кроме тебя. Ты мой воздух, так успокойся, дай мне дышать. Родная, видишь, я уже захожу в офис, сейчас в лифте пропадет связь, целую, целую миллион раз, люблю, бай.
Десять цифр наизусть - в телефоне номера хранить нельзя, потому что жена круче Шерлока. Литаль. Ли, сладкая моя, привет, слушай, не получится сегодня, у Мири снова приступ паранойи, я должен быть хорошим мужем, надо побыть сегодня вечером с ней. Да, я знаю, что тебе скоро надоест, но ты же умная дев... Да, знаю, что третий год одно и то же, но клянусь тебе - как только получу повышение, сразу оставлю её, обещаю, сладкая моя, это годик максимум, потерпи, все будет хорошо. Должен бежать работать, цел... Алло? Алло? Стерва она, конечно, немного, но такая сладкая. В конце концов, и её можно понять... Как же всё это сложно. Если бы только были дети. Вон, какая клёвая мама идёт с двумя... Веселая, и дети смеются, сразу видно - она счастлива, и всё у неё хорошо. Если бы только Мири могла родить ребенка, может, всё было бы иначе?

...Да, конечно, помню - тебе надо завтра в школу принести съедобную модель Вселенной, желательно из здоровой пищи, а тебе - просто в белой футболке, какое счастье. Может быть, футболка всё же должна быть съедобная? Нет? Что? Я смешная мама? Конечно, я смешная мама, я же самая крутая мама, кто посмеет с этим поспорить? Так, давайте-ка пойдем побыстрее, потому что скоро пять, и мне надо ещё поработать и успеть помыть полы, пока папа не пришел с работы. Иногда мне кажется, что я снова живу с родителями, мне одиннадцать лет, и надо успеть помыть посуду до прихода мамы с работы, потому что она очень не любит заставать меня за мытьём. Господи, да какая разница? Все равно я мою посуду, я, никто другой, так откуда это? И почему сейчас, когда мне уже сорок два, я точно так же должна успеть ДО того, как муж приходит с работы, потому что он не любит заставать меня за мытьём? Какая ему разница? Какая им всем разница? Почему они капризничают, ссорятся, дерутся, обижают друг друга? Почему они задают вопросы и никогда не слушают ответа? Почему они зовут меня ради каждого малейшего пустяка, даже если видят, что я занята? Почему они все постоянно перебивают?! Почему я вдруг понимаю сейчас, когда уже слишком поздно, что не принадлежу себе? Принадлежу сыну, дочери, мужу, но где я? Почему, зачем я бросила карьеру? Мне уже сорок два года, в моей сфере начинать заново в этом возрасте, да еще и с двумя детьми - всё равно, что безногому начать тренироваться в надежде попасть на Олимпиаду. Хотя есть же Параолимпийские ещё. Господи, да при чем здесь это? О чем я думаю вообще? Всё пропало. Жизнь пройдена, я никто, дети вырастут, муж скоро отрастит кризис среднего возраста и юную любовницу, а я? Что будет со мной? Нельзя было бросать работу. Может быть, сейчас это я бы шла по улице, вот как она, например, - юбка-карандаш, высокий каблук, волосы в хвост, сумка небрежно, подбородок высоко, и все хорошо у меня, смотрите.

Всё хорошо.
Tags:
* * *
и вдруг, съёжившись, отправив глаза в пол, он говорит почти неслышно: "будь со мной".
а она ничего, кроме щемящей жалости, не испытывает.
вот ведь странно - ещё секунду назад смеялся, был смелым... такой герой.
а теперь дрожит под её взглядом, как под пытками.
"нет, милый. нет." - в таких случаях лучше всего сразу по почкам ногой.
пьяные, они ведь боли не чувствуют, поэтому не боятся падать.
"давай-ка лучше, дружочек, накатим с тобой ещё по одной".
чтобы спасти тебя, нам надо до завтра успеть стереть твою память.
* * *
Дорогие, послушайте.

Есть очень прекрасный Саша Галицкий, я про него когда-то делала короткометражку (https://www.youtube.com/watch?v=U-ODdEv_zyI) и с тех пор влюблена.

Но я сейчас не про любовь.
Хотя чего я вру, про любовь, конечно же.

Саша выпустил книжку - про своих стариков. И про стариков вообще. Это про нас с вами скоро, а про некоторых уже сейчас, если кто сомневался.

Книжку необходимо заказывать, потому что там настолько пронзительно, насколько только может быть, когда по-настоящему смотришь в зеркало.

https://planeta.ru/campaigns/sasha_galitsky
Tags: ,
* * *
* * *
внезапно выяснилось, что слишком много лишнего -
например, звуки вокруг, например, слишком активные лицевые мышцы.
например, рьяный мыслительный процесс, подтасовка паттернов под понятное,
горы ненужной наносной шелухи, подоходный налог на приятное,
неуверенный смех в месте, где предполагается искренность,
слишком сильная зависимость от того, что вообще не должно вызывать зависимость,
случайный оргазм посреди рабочего заседания,
страх оказаться пойманным и ужас от того, что тайна навсегда останется тайной,
накипь на стволе пулемета, чересчур много взбитых сливок под вишней,
слишком.
много.
совершенно ненужного.
лишнего.
* * *
она надела самое лучшее своё бельё -
фланелевое, постельное.
она планировала, что наповал его убьёт
своей сексуальностью. наверное.
она накрасила рот и ногти в красивое,
притомила в духовке курицу, а под веками - взгляд,
загадала на кофейной гуще быть счастливою.
открыла морозилку,
поцеловала замерзшие губы, закрыла.
главное - не оглядываться назад.
* * *
если не хочешь мороженого до дрожи,
может, не надо его покупать больше?
если спокойно обходишься без полётов,
то может, пора сажать самолеты?
если можешь дышать без кислорода,
то, может, лучше поговорим о погоде?
если вкусное стало пресным,
пора покидать время и место.
* * *
привычка, выработанная годами.
одно движение руки - и ключ в зажигании.
один поворот головы - и вот оно, недосягаемое.
скажи, откуда в тебе эти знания?

губа, до крови разбитая о ладонь друга.
обманчивая сложность квадратуры круга.
больше всего на свете надо бояться испуга.
скажи, кто шепчет тебе ночами "юго, мой юго..."?

дождь превращает ночь в привидение.
вода смывает следы, оставляя забвение.
скажи, откуда все эти постоянные совпадения,
и я наколдую тебе благословение.
* * *
нежной сладостью
на губах остаётся послевкусие слова.
острой радостью
можно резаться бесконечно, снова и снова.
молчи, не рассказывай.
никого не волнует, где ты был и что делал.
всё, что навязано,
никогда не станет твои настоящим делом.
страх и желание -
две стороны старой, как жизнь, монеты.
что победит?
если страх - что ж, любовь моя, твоя песенка спета.
но если потеря желания
острее боли и страшнее самого страшного страха -
дыши,
расти до небес,
взорвись миллиардом осколков.

и восстань обновленным из праха.
* * *
* * *
Одна девочка была полна недостатков.
Но она так спокойно к ним относилась, что всё у нее было хорошо.
У неё были маленькие сиськи, и она нашла любовника, который просто с ума с ходил от маленьких сисек.
У неё были кривые ножки, и она нашла любовника, который с ума сходил от кривеньких ножек.
Однажды она психанула и побрилась налысо.
И тут же нашёлся любитель лысых девочек.
Она вообще была довольно психованной, но это среднестатистический мужик и так любит.
Колется, как говорится, но ест.
Потом девочка ударилась в феминизм и перестала брить ноги и подмышки.
Вы даже не представляете, что тут началось.
Годы, между тем, шли рука об руку с гравитацией.
И тут же выстрелил любовник, который просто млеет от подвисающих животов.
Потом девочка стала совсем старенькая.
И её, как по мановению волшебной палочки, вычислил первый же встречный геронтофил.
А потом девочка умерла.
Ну.
Тут сами понимаете.
Tags:
* * *
или вот, например, будапешт падает в ящик, обещая несбыточное.
полетели ко мне, шепчет, давай разорвем облака с туманами.
мой почтовый ящик - моя мелкая пыточная.
смотри, как там здорово. это так негуманно.

или вот, например, с фотографии смотрят счастливые.
смотри, как у нас хорошо, идеальный рай, твою мать.
изящно курсируем между ресторанами и мальдивами.
иду варить кашу. детям пора завтракать.

или, вот, например, за окном люди едят мороженое.
смотрю и курю папиросы, чтоб умереть не напрасно.
мы ровно настолько чужие, насколько совсем похожи.
я неровно, сбиваясь, но все-таки, кажется, счастлив.
* * *
.... иначе мы превратимся в горстку пепла задолго до могилы, а это вроде бы не входило в наши планы.
Tags:
* * *
ты же сильная девочка, сталь просто так не ломается.
помнишь, училась дышать, даже когда кислород закончился?
танцуй, пока звучит музыка, ты ещё успеешь покаяться,
танцуй, я сказал. даже если не очень хочется.
ты же умная девочка, не надо так близко к сердцу всё.
у тебя, например, суп не доварен и в сарае ружье не заряжено.
плыви, пока есть силы и теченье тебя несёт,
плыви, я сказал. остальное время покажет.
ты ведь смелая девочка, да? вот и не бойся, дружок.
помнишь, как я учил тебя умирать весело, с фейерверками?
смейся, пока всё так плохо, что аж совсем хорошо.
смейся, я говорю тебе. это просто. наверное.
* * *
ну что, кем ты хочешь, чтобы я обернулась ночной порою?
добрым молодцем, дураком-иванушкой, красной правой рукою?
василисой невероятно прекрасной, алёнушкой бедной-несчастной?
может, лягушкой с кляпом во рту, вооружённой и очень опасной?

по болотам погибельным пробираться, сказка за сказкой, ползти по звездам.
мне ведь много не надо -только всё, что было, что есть и что будет создано.
только три огнедышащих головы - на завтрак, обед и ужин.
только сердце кощеево; больше, честное слово, мне ничего не нужно.

напилась из копытца, утёрла кровь с губ, иду себе дальше.
так в кого ты хочешь, чтоб я превратилась этой ночью, мой мальчик?
выбирай - сегодня луна полна, а я - добра и беспечна.

... оставайся, сказал мне, собой.
и вдруг стало легче.
* * *
* * *
- Слушай, хочу сделать татуировку...
- Ну так сделай.
- Даа.. Будет больно же... И денег нет.
- Слушай! А ты напейся в хлам и набей себе сама!

...пошла думать над эскизом. вру, конечно, я уже знаю, что хочу.

Tags:

* * *
и вроде всё, кажется, отпустило, можно снова начать дышать,
мыть посуду, подбирать игрушки с пола, решать дифференциальные.
но внезапно рука на шее - и не пошевельнуться, не встать,
сердце в клочья, небо падает, под колесами рушатся магистрали.
и вроде всё, кажется, полегчало, можно снова в бой или на бал,
можно смеяться легко, глядя, как танцуют красивые женщины в чёрном,
но внезапно знакомый прищур на чужом лице бьёт наповал,
и хватаешь ртом воздух, наблюдая, как очертанья вокруг теряют чёткость.
и так - в бесконечность, каждый раз снова, виток за витком.
и можно привыкнуть, конечно, к этому можно привыкнуть.
умирать и рождаться по десять в секунду, здесь и там, сейчас и потом.
но в конце, как ни крути, как ни старайся, всё же придётся погибнуть.
* * *
привет, милый, как дела? у меня все хорошо.
капризные дети, раздражённый муж - всё, как у всех.
раз в неделю принимаю волшебный порошок.
помогает прожить следующие семь по двадцать четыре практически без помех.
привет, милый, почему давно не звонил?
вижу тебя только во сне, да и то не всегда.
недавно разрыдалась в секунду, как последний дебил,
глядя, как бесконечно течет из крана вода.
и знаешь, что подумала, милый? ведь всё точно так -
без конца и начала, и между пальцев, не удержать.
остается лишь отпустить, наблюдая, как бессонница разрастается до потолка.
продолжай не быть со мной, я продолжу скучать.
* * *
- документалистика, девочка моя, есть сплошная инсинуация.
затянулся, протянул руку, положил ей на горло и немного нажал.
- реальность относительна, и даже колбаса по два семьдесят и потолки два двадцать
на самом деле не совсем точно отражают движения моих жабр.
- видите ли, деточка, искусство обмана заключается в абсурде...
стряхнул пепел, убрал руку с горла, положил на живот, зевнул.
- мы же с вами, дитя моё, в конце концов, оба взрослые люди.
расстегнул ремень, вновь затянулся, обвил голову хвостом, заснул.
- трансцедентальное, мать его за ногу, единство апперцепции...
теряя остатки дикции, все ещё продирался сквозь сон,
- не дает индивидууму ни малейшего представления о концепции...
минута - и задышал ровно. так изнурительно быть умным, когда влюблен.
* * *
вновь продирается сквозь чёртов апокалипсис,
губы высохли, бровь разбита, веки от крови слиплись,
ноги еле волочет, но всё равно хохочет,
левая рука его у меня под головою, правая - в гипсе.

опять успел, опять в последний момент спас
свое сокровище от жадных чужих глаз.
в пути был ранен - два раза легко и четыре смертельно.
положи меня на сердце твое, как печать. это приказ.

и вот, наконец, дело сделано, раны зашиты, отстирана кровь.
можно упасть на подушки и забыться, вдыхая любовь.
как много ласки твои лучше вина и крепче спирта.
спи, мой возлюбленный, мой герой. завтра спасешь меня вновь.
* * *
* * *
не забудь открыть окно, мне скоро пора выходить.
битва проиграна, враг повержен, но не побежден.
скоро танцы, потом прятки, я буду водить.
прячь скорее варенье в карманы, и быстро идём.

не забудь помыть посуду, и не плюй на паркет,
в конце концов, в этом доме никто не живёт.
и не будет, хотя вечерами исправно включается свет.
это иллюзия, это обман, дыхание наоборот.

* * *
тревожные сны под дрожащими веками раскрывают секреты
мне.
хотя легко понять, что секретов нет, ведь никакой правды
нет.
обнимать осторожно, прислушиваясь, как постепенно выравнивается
дыхание,
и вдруг проснуться от собственного крика в холодной чужой
спальне.
наматывать на указательный палец дни, виток за витком - алеф, бет,
гимель;
за что эти ночи, почему эти дни, кого на кого ты сменил
и покинул.
плачь. залей слезами весь пол, океаны - богатство этой
планеты.
кричи во сне сколько хочешь, никто не услышит, никто не узнает твои
секреты.
* * *
вечный двигатель - вот он он, под ногами, в буквальном смысле слова.
это розенталь, который вертится в гробу, не переставая, под клацанье клавиш русскоязычнага интернетика.
Tags:
Error running style: S2TIMEOUT: Timeout: 4, URL: anashulick.livejournal.com/ at /home/lj/src/s2/S2.pm line 532.